Консул, сложив ладони, деликатно опустил глаза.

– Мы, конечно, будем делать все возможное, чтобы вызволить вас отсюда.

Ведь теперь Земля вам стольким обязана. Вы – гордость планеты…

– Много нам от этого пользы, – проворчал Марнер.

– Более того, – продолжал консул, – мы чувствуем себя в долгу перед вами. Смею вас заверить, мы постараемся сделать ваше пребывание здесь таким же приятным и беззаботным, как…

– Послушайте, Кальбертсон, – перебил его Кембридж, – мы не хотим здесь отдыхать, даже если вы сюда доставите целую толпу кинозвезд. Нам здесь совсем не нравится. Мы хотим домой. И вообще вы нас в это дело втравили, вы нас и вытягивайте.

Вид у консула стал еще более озабоченным.

– Прошу вас, не горячитесь. Мы сделаем все возможное. – Он помолчал, затем добавил. – В этом деле есть еще одно обстоятельство.

– А именно? – без энтузиазма спросил Марнер.

– Вы помните, что по условиям испытаний два домеранжи работают на Земле? – консул внимательно оглядел лабораторию. – Это помещение не прослушивается?

– Думаю, нет, – ответил Кембридж. – Вы можете говорить свободно. Какое они к нам имеют отношение?

– Есть небольшой шанс, – консул понизил голос. – Я поддерживаю регулярную связь с Землей и поэтому в курсе дел. Как вы уже знаете, с первыми двумя заданиями домеранжи справились успешно.

Партнеры нетерпеливо кивнули. Кальбертсон виновато улыбнулся.

– Мне несколько неудобно в этом признаваться, но, похоже, на Земле возникла та же идея, что и на Домеранге.

– Вечный двигатель?

– Не совсем, – ответил Кальбертсон. – Они подсунули вашим соперникам липовый антигравитатор…

– И что у них вышло?

– Пока ничего. Все еще работают. Но если они такие умники, как утверждают, то рано или поздно они его сделают. Вам просто надо набраться терпения и ждать. Разумеется, все это время мы о вас будем заботиться.